Преступно потому, что уже наступали на эти грабли. Уже отказывались признавать проблемы и подменяли их признание бормотанием по поводу того, что "временные перебои со снабжением магазинов связаны с тем, что граждане, пользуясь завоеваниями социализма, кормят свиней хлебом и хлебопродуктами". В ответ спрашивали: "А свиньи, что, электробритвами бреются и лифчики носят?" Лектор общества "Знание" или ЦК КПСС убирался со сцены с обиженным видом.
Ошибочно потому, что о госте люди узнают не из СМИ, а как минимум по курсам обменных пунктов. А также по ценам на продукты и всё остальное. А также по В общем, по очень и очень многому.
Еще недавно боялись сказать о кризисе. Теперь боятся других имен. Что? Не боятся, а не хотят тревожить покой сограждан? Полно! Сограждане уже поняли, что гость, стоящий у их порога, не Санта-Клаус. Разговаривать с ними как с недоумками, заявлять, что гостя никакого и нет, что это только СМИ им про какого-то гостя рассказывают, и ошибочно, и преступно.
Конфуций учил давать вещам правильные имена. И видел в этом основу спасения и возрождения державы. Не только наши записные элитные болтуны (что с них взять), но и наши интеллектуалы не удосуживаются проверить: является ли имя "кризис" в данном случае правильным, или это залепуха, семантическая наживка. Почему не удосуживаются? Другие имена ("коллапс", "катастрофа") адресуют к чему-то чересчур мрачному? Но Конфуций не рекомендовал давать вещам приятные имена. Он рекомендовал давать вещам имена правильные. И коллапс, и катастрофа это еще не смерть. А вот если мы, принося правильное в жертву приятному, назовем катастрофу кризисом, то шансы на летальный исход резко возрастут.
К НАМ В ДВЕРЬ стучится странный сложный и страшный гость. Почище ворона из одноименной поэмы Эдгара По. Гость еще только на пороге нашего дома. Раньше, чем он перешагнет порог, мы должны угадать имя гостя. И встретить его сообразно имени. Если имя кризис, то одним образом. Если имя катастрофа, другим.
Как доказывают? Известно, как... Сначала говорят, что кризис это процесс, обладающий такими-то характеристиками. Затем рассматривают процесс, происходящий в России (или в России и мире). Показывают, что происходящий процесс обладает всеми необходимыми и достаточными характеристиками, отвечающими понятию "кризис". А дальше и используют, и развивают теорию кризиса для того, чтобы Прошу прощения за пафос, спасти страну. Сначала вы понимаете, от чего спасаете страну (от кризиса), потом находите средства спасения, используя теорию кризиса (и её практические приложения), а потом применяете эти средства.
А откуда следует, что мы имеем дело с кризисом? ДОКАЖИТЕ! Если вы не болтуны, а интеллектуалы ДОКАЖИТЕ! Потому что дело-то, согласитесь, нешуточное! От того, кризис ли это (и если да, то какой структурный, системный, парадигмальный?), или коллапс, или катастрофа зависит слишком многое. В том числе и адекватность всех без исключения политрешений. Так что уж, пожалуйста, ДОКАЖИТЕ!
Ну, так вот никто из этих, крайне немногочисленных для огромной страны, людей не удосужился ДОКАЗАТЬ "граду и миру", что обсуждаемый ими процесс действительно является кризисом. А если это не кризис, а коллапс? Или катастрофа? Серьёзные люди вместо того, чтобы ввести понятие, сопоставить его с другими понятиями, доказать корректность применения определенного понятия к происходящему, с ходу пишут (в подавляющем большинстве случаев): "Поскольку мы имеем дело с кризисом, то "
ЗА ПОЛГОДА О КРИЗИСЕ написано чудовищное количество статей. По преимуществу абсолютно невразумительных. Из вороха бросовых сентенций можно отобрать какое-то количество суждений с ненулевой степенью содержательности. Принадлежащих людям, которые и хотят, и умеют думать.
Эдгар По. "Ворон"
Гость и больше ничего.
Гость какой-то запоздалый у порога моего,
Это гость лишь запоздалый у порога моего,
О грозящей катастрофе
Отправить форму поиска
Введите условия поиска
НОМЕР 7 (795) ОТ 11 ФЕВРАЛЯ 2009 г.
Сергей Кургинян __ КРИЗИС И ДРУГИЕ
Комментариев нет:
Отправить комментарий